Михаил Анисимов. Было время — горела земля

Каждый человек по-своему интересен и даже уникален! Человек не рождается офицером или поэтом. Он им становится по велению судьбы, в силу многих обстоятельств. Становится благодаря учению и повседневной упорной работе,  добивается своей цели постоянным подвижническим трудом. Давайте дадим слово Михаилу Кузьмичу Анисимову — офицеру и поэту, человеку искреннему, яркому, увлеченному, принципиальному. Автору ряда поэтических сборников, в которые вошли стихи и песни, созданные за многие годы литературного творчества.

Я, Анисимов Михаил Кузьмич, родился 17 сентября 1946 года в селе Комаревцево Чернянского района Белгородской области, в семье военного.

Отец — Анисимов Кузьма Семёнович, 1916 года рождения, капитан Красной Армии. Участвовал в боях на Халхин-Голе, в битве за Москву, воевал на Огненной дуге, с боями дошёл до Берлина. Награждён тремя боевыми орденами и многими медалями. Умер в 2004 году.

Моя мама — Анисимова Мария Стефановна, 1918 года рождения, колхозница-разнорабочая, награждена медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.». Умерла в 1999 году.

Брат — Анисимов Николай Кузьмич, 1938 года рождения, умер от лейкоза в 2005 году в возрасте 67 лет в городе Кишинёве. Он отдал службе в армии 25 лет, прошёл путь от солдата до заместителя командира отдельного батальона в войсках Белорусского, Московского, Прибалтийского, Ленинградского, Одесского военных округов. Служил в группе советских войск в Польше и в Монголии. Награждён многими медалями СССР.

Дедушка по отцу — Анисимов Семён Антонович, 1889 года рождения, красноармеец, погиб под Воронежем в 1942 году.

Родной дядя — Логачёв Никита Степанович, 1913 года рождения, в 1935 году окончил Курский педагогический институт, до войны работал учителем математики в одной из школ города Задонска Липецкой области. 24 июня 1941 года был призван в армию и направлен на учёбу в Орловское бронетанковое училище, по окончании которого в марте 1942 года убыл на фронт. 3 июля 1942 года младший лейтенант Н. С. Логачёв, командир взвода 929-го стрелкового полка 254-й стрелковой дивизии погиб в бою под Старой Руссой, похоронен в братской могиле на Давыдовском воинском мемориальном кладбище, где на мраморной плите увековечено его имя.

В цикле моих стихов о Великой Отечественной войне есть стихотворение «Последнее письмо с фронта», посвящённое памяти его и павших вместе с ним воинов. В стихотворении есть такие строки:

 

Кто в войну получал похоронки,

Тот не сможет забыть страшных лет.

Зарастают травою воронки,

И свидетелей многих уж нет.

 

Но осталось письмо от солдата,

Как страничка суровых времён.

Вдруг не стало и сына, и брата —

Вспоминаем сегодня о нём.

 

Родители рассказывали, что когда немцы в июле 1942 года оккупировали село, то устроили в нашем доме свою полевую кухню, а нашу семью выгнали в землянку. В лютый мороз моя старшая сестра Прасковья, будучи в грудном возрасте, заболела воспалением лёгких и умерла.

Моего деда — Логачёва Степана Васильевича, 1886 года рождения, немцы дважды пытались угнать в Германию, но дед, участник Первой мировой войны, сумел скрыться от полицаев в окрестных лесах и выжил. Награждён медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.». Умер в 1961 году.

Из рассказов моих родителей также знаю, что в 1946 году в стране был голод. Сам я хорошо помню наше полуголодное, босоногое детство. Все леса и перелески, овраги и холмы вокруг села были изрыты окопами, возле Орликовского леса в 1943 году базировался аэродром подскока, откуда наши лётчики совершали боевые вылеты на Огненную дугу. В Гремячем лесу, в двух километрах от нашего села, земля была буквально «нашпигована» боеприпасами и оружием. Там в июле 1942 года попали в окружение войска 21-й армии Юго-Западного фронта и 40-й армии Брянского фронта.

Мне не забыть, что у многих вернувшихся с войны фронтовиков вместо рук были культяпки и «деревяшки» вместо ампутированных ног. По вагонам ходили калеки и просили милостыню. У входа на рынок в Старом Осколе сидели инвалиды без рук и ног с привязанными проволокой кружками для мелочи. Потом они внезапно исчезли. Много позже я узнал, что их свезли в монастырь на остров Валаам. Об этом я написал такое стихотворение:

 

Они и хатам были рады,

Калеки огненных дорог.

Имели звания, награды,

А заслужили лишь острог.

 

Без рук, без ног бойцов отважных

Свезли на остров Валаам.

Далёкий стон Руси сермяжной

Хранит доныне древний храм…

 

Я вырос в верующей семье. Муж бабушки Татьяны (родная сестра моей бабушки Прасковьи Владимировны), мещанин Г. Н. Монаков, погиб в Первую мировую войну. Она оставалась вдовой до конца жизни, ходила по монастырям, изготавливала цветные украшения для икон и много молилась. Пенсию за погибшего мужа при советской власти отменили — «воевал за царя». По великим церковным праздникам в нашем доме останавливалась убогая слепая старушка из соседнего села, где не было церкви. Эта старушка и бабушка Татьяна после захода солнца усердно молились и распевали духовные песнопения.

Это врезалось в мою память и оставило неизгладимый след. Умерла бабушка Татьяна в 1986 году, а бабушка Прасковья в 1968 году.

Белгородская область, где я родился, граничит с территорией Украины. В нашем селе после революции было 130 дворов, 1000 жителей.  В 1932 году мой дед купил у соседа-середняка Фёдора дом за зерно и едва не умер в 1933 году из-за голода. До самой смерти дед рассказывал, как дорого обошлась нашей семье покупка дома, который сохранился до наших дней. Если бы у деда государство отобрало хлеб в заготовку, как бы он за хлеб, подчёркиваю, за заработанное зерно (пас домашних коров и овец) купил дом у соседа? Сосед, боясь раскулачивания, дом продал и переехал в другое место. А дом был новой постройки, из дубовых брёвен, тогда как бедняки строили хаты из вербы. Раскулачили в селе одну семью — тоже наших соседей. Отобрали маслобойку, амбары, домашний скот. А эти «раскулаченные»  с утра до ночи трудились в поле, кашу для детей готовили так: большим на воде, а крохе с молочком. Моя мама была старше этих детей, присматривала за ними в отсутствие их родителей и всё рассказала мне  о тех событиях в 50-е годы. Сосед Иван — глава и отец детей раскулаченной семьи, умер в ссылке, а его жена до смерти жила в деревне, вышла замуж и родила от другого мужа ещё двоих детей. От голода в 1933 году в нашем селе умерло много жителей. Как рассказывали родители — умерших хоронить было некому, и это делали наиболее здоровые мужчины села. Вот такой был голод, который на Украине назвали «голодомором», якобы целенаправленном уничтожении украинского народа.
В 1946 году случилась самая сильная, после 1891 года, засуха. Она началась с конца марта в Молдавии, потом захватила юго-западные области Украины, Центрально-Чернозёмную зону и дальше до Урала и продолжалась более четырёх месяцев. Сумма осадков составила менее 50 процентов годовой нормы, в иных местах — ещё меньше. Эта засуха была самой беспощадной и губительной, нанесла огромный ущерб. Во многих местах полностью погиб урожай. Люди голодали и умирали от отсутствия пищи, животные погибали   от бескормицы. Жара стояла выше 40 градусов. Наша семья, с Божьей помощью, выжила, но дед едва не помер, наевшись колосьев ржи молочно-восковой спелости. Россказни Ющенко и иже с ним о «голодоморе» — вымысел.
Для нас, русских людей, в СССР было всё едино: и голодали, и воевали, и умирали, не делили народ по национальностям, а как жили люди в Грузии или там в другой какой республике, пусть жители и расскажут, всё можно проверить по архивам.

В школе я учился хорошо, занимался музыкой, рисованием, выпиливанием лобзиком. Рано научился играть на гармошке. Но больше всего меня увлекала поэзия. Первые стихи, положенные на ритмическую основу, я начал сочинять в пятом классе. На это обратил внимание мой любимый учитель русского языка и литературы Рязанцев Иван Григорьевич. Он давал мне нужные советы, а с девятого класса стал приносить мне для внеклассного чтения журналы — «Роман-газета», «Новый мир», «Юность», «Октябрь» и другую литературу. Меня это радовало, поскольку к тому времени отец ушёл из семьи, а сам я выписывал только журналы «Песни радио и кино» и «Советский экран». Моим воспитанием много занимались бабушки и дедушка, так как маму часто отправляли на торфоразработки и строительство порта в город Игарку.

Когда мне было пять лет, мама водила меня в детский сад у железнодорожной станции Старый Оскол, а сама работала техничкой в местной школе № 15. С пятнадцати лет я начал трудиться в колхозе: подвозил на поля воду женщинам, работал прицепщиком, помощником заведующего зернового тока, рисовал плакаты. Брал уроки музыки у преподавателя музыкальной школы в городе Старый Оскол, аккомпанировал на баяне в сельском клубе. Участвовал в художественной самодеятельности и даже побеждал на районных конкурсах, исполняя куплеты собственного сочинения.

Мой родной брат, Анисимов Николай Кузьмич, майор Советской Армии, тогда уже командовал ротой разведки и, бывая в отпусках, преподавал мне уроки мужества и стойкости: «Делай как я!» Обучал марш-броскам, метанию гранаты и стрельбе, при этом бросал меня лицом в снег, приговаривая: «Тяжело в учении — легко в бою».

Орликовскую среднюю школу я окончил с золотой медалью в 1965 году и в том же году поступил учиться в Московский государственный университет имени М. В. Ломоносова на юридический факультет. Московский государственный университет был тогда не только храмом науки, но и центром общественно-политической и культурной жизни столицы.

В актовом зале главного здания МГУ на Воробьёвых горах проводили пресс-конференции, встречи с космонавтами, писателями, поэтами. Это было романтическое время. Мы, студенты, пели песни Булата Окуджавы, Юрия Визбора, Ярослава Смелякова, Роберта Рождественского. Выезжали в составе студенческих строительных отрядов в Казахстан и Красноярский край. На военной кафедре осваивали военное дело. Занимались боксом и самбо в спортивных секциях, бегали на лыжах, играли в футбол.

Одновременно с учёбой в университете я четыре года работал штатным сотрудником — ночным сторожем в отделе охраны Ленинского района города Москвы.

Университет я окончил в 1970 году. Семейные традиции, конечно, сыграли свою роль в выборе жизненного пути, и я без колебаний решил посвятить себя службе в армии. Я был призван в Вооруженные Силы СССР и после прохождения учебных сборов в Московском высшем общевойсковом командном училище имени Верховного Совета РСФСР в звании лейтенанта назначен на должность командира отдельного местного стрелкового взвода (штатная численность – 50 человек) в одну из войсковых частей Главного ракетно-артиллерийского управления МО СССР.

В 1971 году меня перевели в военную прокуратуру Брянского гарнизона, где проходил службу в должности военного следователя и старшего военного следователя до 1976 года.

Приказом Министра Обороны СССР от 26 июня 1972 года я был зачислен в кадровый офицерский состав Вооружённых Сил СССР с присвоением очередного воинского звания «старший лейтенант юстиции».

Военная прокуратура Брянского гарнизона обслуживала тогда воинские части и учреждения, дислоцированные на территории Брянской, Орловской, Смоленской, Калужской, Курской и Белгородской областей. Кроме того, военнослужащие, находившиеся в командировках, отпусках и совершившие преступления на указанной территории, также подпадали под нашу юрисдикцию.

Это было время службы без выходных дней, «службы днём и ночью», в постоянных разъездах, с огромными нервно-психическими нагрузками. За плечами – сотни расследованных уголовных дел по воинским и общеуголовным преступлениям. Изматывающие командировки по частям и гарнизонам, по городам и весям СССР. В 1973 году при выполнении служебного задания я получил тяжёлое ранение, после чего более полутора лет находился на лечении в госпитале. Тогда была написана песня «Отзвуки войны», посвящённая воинам, павшим в боях за свободу и независимость нашей Родины.

 

ОТЗВУКИ ВОЙНЫ

 

Я к сосновому бору

Прихожу по весне.

В эту дивную пору

Мысли все о войне.

Я заранее знаю:

Лес — глухая стена.

Без конца и без краю

Нынче там тишина.

Вот засыпанный хвоей

Одиночный окоп.

Может, здесь храбрый воин

Рухнул навзничь, как сноп.

Может, в этом окопе

Пулемёт замолчал…

Когда немцы шли скопом,

Тут боец их встречал.

Он, страну защищая,

Свою жизнь не сберёг.

За погибших отмщая,

В землю русскую лёг.

Ослеплённый закатом,

Я стою, как в огне.

Будто с павшим солдатом

Побывал на войне.

 

Исколесил вдоль и поперёк всю Центральную Россию, Дальний Восток, Забайкалье, Колыму и Чукотку. На Крайнем Севере написал цикл стихов, вошедших в сборник «Северное сияние»: «Магаданские мотивы», «Колымские тракты», «Зарисовка о Чукотке» и другие.

В 1988 году по состоянию здоровья уволен с действительной военной службы в запас с правом на льготы, установленные для инвалидов Отечественной войны, на основании статьи 14 Федерального закона «О ветеранах».

Развал СССР застал меня на Украине, где я после выхода на пенсию работал в должности ведущего юрисконсульта Херсонского областного управления госстраха.

Принимать военную присягу на верность Украине я, как русский офицер, категорически отказался и в июле 1992 года выехал из Украины на свою малую родину в Белгородскую область, где в селе Комаревцево построил маленький домик и занялся разведением пчёл.

 

Лучше нашей земли

уголка нет на всём белом свете,

На странице моей

пусть красуется родины стяг.

Никогда не кричал,

что и я за Россию в ответе —

Я живу для неё,

а иные здесь только в гостях.

 

Проживаю в гражданском браке с Логачёвой Александрой Васильевной. Пенсионер Министерства обороны Российской Федерации. Подполковник в отставке. Ветеран военной службы. Инвалид войны. Награждён шестью медалями СССР. Был членом Союза юристов СССР. Партийный билет и учётную карточку члена КПСС сохранил для потомков. Я горжусь тем, что служил под началом таких видных военачальников, как генералы армии В. Л. Говоров и И. М. Третьяк.

Здесь, на родной Белгородчине, осуществилась моя давняя мечта — издать сборник своих стихов. В советское время это было не так просто, да и статус и должность не позволяли мне отвлекаться от службы, которой я посвятил свои молодые годы.

Моим «крёстным отцом» в литературе стал фронтовик, замечательный человек, талантливый писатель и издатель Шаповалов Владислав Мефодьевич, впервые опубликовавший подборку моих стихов в журнале «Звонница» (2005. № 6). В 2005 году в издательстве В. М. Шаповалова вышел первый сборник моих стихов «Трудная дорога». Затем в издательстве РОСА города Старый Оскол вышли сборники стихов «Грозы над Россией», «Вдаль уплыли мои острова», «Путеводная звезда», «Северное сияние», «Родная земля», «Небесный меридиан».

Природе и людям Белгородчины посвящены стихотворения «На святом Белогорье», «Оскольская сторона», «Осенние мотивы», «Там родники и храмы святы», «Уголок родного края», «Наедине с природой», «Я вернулся в край тихий, родимый…» и многие другие.

 

ОСКОЛЬСКАЯ СТОРОНА

 

Приосколье, родная сторонка,

Уголка нет на свете милей.

Я стою у запруды с котомкой

И любуюсь стеной тополей.

Я с мальчишками в детстве здесь бегал

И по жилам гонял кровоток.

Но страна серебристого снега

Увлекла далеко на Восток.

И теперь — даже в дождь, в непогоду

Поспешаю к тебе, мой Оскол.

Я испил твою чистую воду

И тернистый прошёл частокол.

 

Большое место в моём творчестве занимают стихи и песни о войне, о послевоенном времени: «Обращение к Памяти», «Священный долг», «Ратное поле», «Солдатская вдова», «Было время — горела земля», «Летели на фронт эшелоны» и другие, пейзажная и гражданская лирика.

В содружестве с композитором Григорием Левицким был выпущен песенный альбом «Острова», в него вошли шесть песен на мои стихи. Песня «Отзвуки войны» из альбома «Острова» вошла в альманах «Память жива» и прозвучала на концерте-реквиеме, посвящённом 70-летию освобождения от немецко-фашистских захватчиков города воинской славы Старого Оскола.

Свои песни и стихи я размещаю также в Интернете: в «Фейсбуке», в «Одноклассниках», на портале «Стихи.ру». Там у меня есть страничка в кабинете, где выложены 104 стихотворения и зарегистрированы 2200 читателей. В августе 2018 года стал кандидатом Интернационального Союза писателей.

Книги стихов и диски с песнями я дарю родным, друзьям, знакомым и незнакомым людям, интересующимся моим творчеством. Особенно дороги мне встречи с читателями в клубах, библиотеках и школах. Это придаёт мне силы в творчестве, за что я благодарен судьбе и моим читателям. Особая благодарность за поддержку и внимание к моему творчеству — членам Союза писателей России Владиславу Мефодьевичу Шаповалову, Людмиле Васильевне Щипахиной и генеральному директору издательства РОСА Сергею Викторовичу Галиченко.

 

Я видел боль, страдания людей,

Столкнулся с лицемерием и ложью.

Я перестал молиться на вождей,

Мой идеал — в ком светит искра Божья!

 

На фото:

  1. Красноармейцы Анисимов Кузьма Семёнович и Логачев Потап Григорьевич
  2. Капитан Анисимов Кузьма Семёнович

Красноармейцы Анисимов Кузьма Семёнович и Логачев Потап Григорьевич

Капитан Анисимов Кузьма Семёнович

 

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google photo

You are commenting using your Google account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s