Максим Ким. К храму преподобного Антония Сийского

Среди безликих девятиэтажек спального района, высотных домов-точек, загазованных автомобилями дорог, на пересечении проспекта Просвещения и улицы Оьги Форш, на краю красивейшего  пруда,  высится очень скромный по своему внешнему убранству и виду храм преподобного Антония Сийского.

В отличие от многих городских храмов, сложенных из кирпича, данное сооружение срублено ярославскими плотниками в традициях северного деревянного зодчества. За пятнадцать лет своего существования (храм стали возводить по благословлению епископа Архангельского и Холмогорского Тихона в 2004 году) данное сооружение стало знаковым местом для местных жителей. Здесь идут богослужения, работает Воскресная школа, открыта православная библиотека.

В отношении архитектуры данное сооружение выполнено в лучших традициях русского зодчества. Вот какое описание можно встретить на страницах Интернета: «Высокая шатровая кровля увенчана главкой с крестом. Малая главка венчает небольшую звонницу, расположенную над входом. Главки крыты лемехом. С трех сторон храм окружает галерея. С восточной стороны выступает прямоугольная апсида. 
Украшением храма является деревянный резной иконостас, также сделанный в Ярославле»  (Антоний Сийский. История // https://monasterium.ru/monastyri/monastery/podvore-svyato-troitskogo-antonievo-siyskogo-muzhskogo-monastyrya-v-sankt-peterburge/). Но одно дело – прочитать этот текст, а другое – самому побывать рядом с этим храмовым комплексом. К храму можно подойти прямо с проспекта Просвещения. От потемневших от нашей сырой погоды деревянных строений веет глубокой стариной.  Ведь на Руси издревле, более тысячи лет, все церкви строили из дерева. И данное деревянное зодчество, если посмотреть на сохранившиеся фотографии, имело свою богатую традицию. Особенно на севере России, где рукотворные храмы порой достигали высоты в 10-этажный дом. Конечно, сегодня редко где встретишь такого рода сооружения, но когда среди каменных городских джунглей, как из-под земли,  вырастают  небольшие, но изящные по своей простоте и убранству деревянные храмы, то от этой скромной красоты сердце просто тихо замирает. Мои хождения по городским улицам иногда заводят меня вот в такие удивительны места, о существовании которых даже не подозреваешь. Обычный горожанин думает: «Ну что можно встретить  интересного в спальном районе на Гражданке? Наверное, ничего». Вот и я, когда пытался найти наиболее короткий путь до дома от одноименного названия метро, пошел по пустынной улице Ольги Форш. С одной стороны, такая безлюдная дорога меня очень даже устраивала, потому что можно было углубиться в свои повседневные мысли, а с другой – утомляла, потому что нужно было идти по обледеневшему асфальту, боясь где-нибудь на очень скользком месте серьезно поскользнуться и получить травму. Поэтому шел очень осторожно, выверяя каждый шаг. И на определенном отрезке пути, когда просто решил свернуть в сторону остановки, чтобы дальше не испытывать судьбу, идя по зеркально гладкому гололеду,   вдруг замер: передо мной чудесным образом открылся вид на храмовый комплекс преподобного Антония Сийского. Такие мини-открытия всегда очень радостны и удивительны, потому что ты никак их не допускаешь даже в мыслях, никак к ним не готовишься. Поэтому, еще минуту назад  находясь в  крайне раздраженном состоянии от плохой дороги,  я, очарованный, забыв и о гололеде, на котором приплясывал, выделывая кренделя, и об усталости после долгой и мучительной дороги, и о спешке к уютному домашнему  порогу,  просто шел навстречу этому храму, возносясь над серым и унылым зимним вечером.

В тот поздний час, когда я оказался у храма преподобного Антония Сийского,  естественно, ничего  не знал о святом старце, который наряду с преподобными Алипием Печерским и Андреем Рублевым почитался на Руси в качестве небесного покровителя русских иконописцев. Поэтому я только тихо восторгался открывшейся мне красотой храма, который мне почему-то напомнил древнего старца, бредущего по нашему шумному и оголтелому, наполненному автомобилями городу в поисках уединенного места. И, кажется, этот странник нашел это место возле чудом сохранившегося пруда на улице Ольги Форш.

Это уже дома, многое прочитав и узнав о судьбе преподобного Антония Сийского, понял, что мои первые впечатления от встречи с этим храмом были именно такими,  каким мне почему-то сразу представился образ преподобного старца.

Духовный мир – таинственен. При всей своей зыбкости и эфирности он, тем не менее, реален. Эта реальность отражантся нашими чувствами и ощущениями. Ведь благодаря этому духовному миру мы можем приобрести нечто большее, чем все то материальное, к обладанию которым порой так стремимся. Иногда неожиданные знаки и предзнаменования, поступающие к нам из этого духовного мира, могут во многом предопределить и нашу земную жизнь. Между прочим, нечто подобное произошло и с Антонием Сийским.

Будучи наследником богатого землевладельца, он после смерти своей жены и дальнего родственника – боярина, у которого нес службу,  возвращается на малую родину и раздает нищим часть своего наследства и отправляется в неведанный путь, чтобы, оставив мирскую суету, принять святой ангельский образ.

Об этом из истории его жизни известно следующее:

«За пять верст до монастыря заночевал он в пути один и помолился со слезами: „Владыко Господи Иисусе Христе, Боже наш, услыши недостойного раба Твоего, наставь меня на истину Твою и научи меня творить волю Твою. Возжаждал Тебя дух мой и возвеселился в страхе имени Твоего святого. Сказал Ты, Владыко мой Господи: „Придите ко Мне все уставшие и обремененные и Я упокою вас. Возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня кротости и смирению сердца, и обретете покой душам вашим“. Так и я, грешный, надеясь на щедроты Твои, прибегнул ко благоутробию Твоему, ибо Ты — прибежище наше и утверждение, и на Тебя надеясь, да не погибнем во веки“.
  И увидел Андрей в тонком сне мужа в белых ризах с сединами, с крестом в руке, и сказал ему тот: „Возьми крест свой, иди за мной, подвизайся и не бойся козней диавольских. Будешь ты мужем желаний духовных и множеству иноков наставником станешь“. И благословил Андрея крестом со словами: „Этим побеждай лукавых духов“. Пробудился блаженный и не увидел никого подле себя. Тогда уразумел он, что было видение ему от Бога, и возрадовался, и до утра без сна благодарные молитвы Богу воссылал. Когда же рассвело, отправился в путь» (Житие преподобного Антония Сийского // https://proza.ru/2013/04/15/1420).

После этого видения он попадает в Спасо-Преображенский монастырь, расположенного на реке Кене. Там он принимает постриг и начинается его духовное служение Богу. Сначала  — в качестве инока, а потом и священослужителя.

Нам, мирским и непосвященным людям, только на первый взгляд кажется, что уединенная жизнь монахов  состоит только из  одних благоухающих ладаном богослужений и божественных литургий. Но, когда читаешь о житии какого-нибудь даже известного и почитаемого старца, то понимаешь, что их духовный путь  прокладывался сквозь тернии материальных и физических трудностей, через голод и лишения, через людское непонимание и гонения, через непризнание и безверие, наконец, через собственные глубокие сомнения и разочарования.

Не все так гладко складывалось  и в судьбе самого преподобного Антония Сийского. Чтобы найти удобное и безмолвное место для свершения молитв, он вместе с двумя иноками отправляется в дремучие леса возле речки Шелексы. Живя в самых суровых условиях, монахи расчищали земли под пашни, занимались строительством церкви  во имя святителя Николая, имея под рукой только топоры и пилы. Порой из-за отсутствия пищи голодали месяцами, но упорно продолжали служить своему делу в течение семи лет. И вот в один из дней местные жители, не желавшие иметь соседство с монастырём, изгоняют их из обжитого места. В житии этот случай описан так: «Человеконенавистник же диавол возмутил жителей ближней к монастырю деревни Скроботово, и возроптали они на святого, и согнали преподобного Антония с братией с места того, подобно тому, как онежские жители согнали преподобного Дмитрия Прилуцкого. Думали они, что великий старец поселился там, чтобы завладеть ими и угодьями их.
Святой же по обычаю своему не стал им противостоять, но вспомнил слова Спасителя: «Где принимают вас и слушают, там пребывайте и мир возгласите дому тому, а где не принимают и не слушают, уходите оттуда и прах с ног ваших отрясите в свидетельство им, и мир ваш к вам возвратится». И другие слова Его: «Блаженны изгнанные правды ради, ибо тех есть Царство Небесное» (Житие преподобного Антония Сийского // https://proza.ru/2013/04/15/1420).

Уйдя с насиженного и облюбованного места, монахи двинулись в долгое странствие…

Подобного рода случаями неприятия церковнослужителей и их рукотворных храмов можно встретить и в наши дни. В районе Озерков, в  трех километрах от моего дома, стоит деревянная часовня Святителя и Исповедника Луки (Войно-Ясенецкого), Архиепископа Крымского и Симферопольского. Мне эта часовня всегда напоминает картинку из русских народных сказок, где часто можно встретить вот такую с темно-зелеными куполами храм, с ажурными окнами, с небольшим крыльцом с пологими  ступеньками…Часовня удивительным образом затесалась между одной габаритной многоэтажкой  и автосервисом как бы извиняясь перед ними за свое нечаянное присутствие.

 Несколько раз кто-то из недоброжелателей уже  дважды поджигал эту часовню. Впрочем,  несмотря на все эти варварские нападки со стороны вандалов, часовня восставала из пепла, и только чудом сохранившиеся от пожара иконы, напоминают прихожанам о тех  печальных событиях. Смотреть на эти обожженные и обуглившиеся иконы всегда больно. К примеру, в глазах обгоревшей наполовину  иконы Божьей матери до сих пор застыли смолой обугленные слезы. Теперь каждый  из прихожан считает своим долгом подойти к этим чудом уцелевшим иконам, чтобы засвидетельствовать  свое почтение и любовь.

Часовня Святителя и Исповедника Луки, похоже, повторяет судьбу своего покровителя, в честь кого она была названа. Сам Архиепископ Лука был жертвой репрессий и провёл в ссылках более  11 лет. Годы его пасторской службы пришлись на самые тяжелые для православной религии времена –  советские. Но будучи прекрасным ученым и врачом,  Архиепископ Лука ни под какими угрозами не отрекался от своей веры.

В 1958 году, уже будучи слепым, он писал: «… как трудно мне было плыть против бурного течения антирелигиозной пропаганды и сколько страданий причинила она мне и доныне причиняет». Но как раньше при жизни, а теперь после смерти, святой  Лука дает всем жаждущим духовное утешение от их страданий.

Такие же великие страдания перенес в своей жизни и преподобный Антоний Сийский. Людское непризнание и гонения он принимал с кротостью и смирением. Не роптал на судьбу, много и упорно работал физически, но больше всего отдавал себя молитвам. А еще писал иконы. Этому мастерству он учился с семи лет, когда родители отдали его на обучение грамоте и иконному письму. К сожалению, об иконах, написанных самим преподобным Антонием Сийским, известно совсем немного. Вот какую запись я нашел из одного первоисточника: «Чтимому образу Троицы Ветхозаветной, к созданию которого был причастен преподобный, посвящено сказание, вошедшее в состав монастырской рукописи XVII в. В нем говорится, что „препросто иконописательство его (преподоюного Антония) бысть“». Однако в памяти народной сохранилось предание, отразившееся в иконописном подлиннике XVIII в., о том, что Антоний Сийский «был иконописец преизряден» (Иконография восточно-христианского искусства. http://icons.pstgu.ru/icon/3709).

В историю же православной церкви преподобный Антоний Сийский вошел как основатель Сийской Троицкой обители.

Именно к этому месту привела его судьба после долгих скитаний в поисках нужного ему уединения. Эта история также очень подробно описана в его житии: «…встретил преподобный Антоний мужа некоего по имени Самуил, жителя деревни Бросачево Емецкого стана. Усадил Преподобный Самуила и стал расспрашивать о благоугодном для поселения иноков месте, тот же обещал показать им такое место и привел их на дальнее Михайлово озеро, в которое впадает река Сия, протекающая через многие озера». 

Вот именно на этом месте был построен старцем Свято-Троицкий Антониево-Сийский монастырь, которому в прошлом году исполнилось пятьсот лет. Известен этот мужской монастырь тем, что еще при жизни самого преподобного Антония Сийского здесь «с 1601 по 1605 годы содержался в заключении сосланный по указанию Годунова и постриженный под именем Филарета, боярин Феодор Никитич Романов, отец будущего царя Михаила Романова, а в декабре 1730 года на пути в Москву в монастыре останавливался Михайло Ломоносов» (Антоний Сийский. История // https://monasterium.ru/monastyri/monastery/podvore-svyato-troitskogo-antonievo-siyskogo-muzhskogo-monastyrya-v-sankt-peterburge/).

Теперь история этого монастыря и подворья в Санкт-Петербурге становится и частью моей жизни. Я уже несколько раз приходил к этому храму и всегда приобретал здесь какую-то неведомую мне духовную тишь и благодать.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google photo

You are commenting using your Google account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s