Борис Мисонжников. Мой первый декан (к 100-летию со дня рождения профессора А. Ф. Бережного) 

Александр Феодосеевич Бережной был моим первым деканом. Впрочем, формально первым был кто-то другой. Я даже и не знаю, кто именно. Дело в том, что я до армии немного поучился в другом вузе, а там до деканского кабинета было так далеко, точнее – высоко, что я даже и не задумывался над тем, кто там правит бал(л). А тут… Как сейчас помню: я, Миша Михайличенко и Женя Орлов, первокурсники, едва закончилась стройотрядовская пора, пришли на факультет журналистики  Ленгосуниверситета – теперь это уже был наш, родной факультет. Он тогда  находился рядом с ботаническим садом, во дворе, который соединялся с двором филфака. Занятия еще не начались, и на  факультете было безлюдно. Нас встретила Евдокия Михайловна Юпашевская, доцент и куратор первого курса. Она совсем непринуждённо представила нас элегантному немолодому человеку в светлой куртке, который и был Бережным. Заочно мы его, конечно, хорошо знали. А тут… Сам Бережной, знаменитый декан, основатель факультета журналистики ЛГУ, пожимает нам, первокурсникам, руки и интересуется тем, как у нас идут дела. Причём эта заинтересованность явно не была проявлена, как говорится, ради приличия. Чувствовалось, что его действительно волнует то, как мы осваивались в alma mater.

         Получилось так, что в жизни я постоянно был в контакте с моим деканом: когда я был ещё студентом, мы вместе заседали в партийном бюро, годы спустя он присутствовал на защите моей кандидатской диссертации, а потом, когда я уже перешёл работать на факультет, мы встречались на заседаниях учёного совета. Появился и ещё один повод для сотрудничества: я редактировал журнал  «Невский наблюдатель», одним из лучших авторов которого стал, вне всякого сомнения, Александр Феодосеевич.

         Первую публикацию, статью «„Русское зарубежье“ неоднозначно», он  предложил в 1998 году в 1-й номер журнала. Материал был написан очень искренне, профессионально. Однако меня, как главного редактора, немного смущало жёсткое, почти радикальное отношение автора к политико-идеологической обстановке в России того времени и оценка ситуации в области журналистики. Чтобы как-то смягчить впечатление от резкости суждений, я предпослал публикации краткую ремарку, в которой, представляя автора как известного исследователя русской и советской печати, указывал: «Публикуемая в „Невском наблюдателе“ статья отражает глубокую обеспокоенность учёного тем положением, в котором сегодня оказалась Россия. Эта обеспокоенность близка и понятна редакции „Невского наблюдателя“, хотя суждения и выводы, содержащиеся в публикации, нам отнюдь не кажутся бесспорными. Но мы ведь изначально декларировали уважение к авторской позиции, которая может и не совпадать с позицией редакции» (С. 10). Сегодня, когда с той поры уже прошли многие годы, я вижу: прав и дальновиден был Александр Феодосеевич. Его оценки принципиальны и справедливы.

         Следующая публикация Бережного, «Путь к университету», появилась в 1-м (5) номере  «Невского наблюдателя» за 2000 год. Это глубоко прочувствованный, лиричный рассказ о детстве и начале учёбы в прославленном вузе России. И, можно сказать, продолжением этой публикации стали воспоминания профессора уже об учёбе на отделении журналистики филфака ЛГУ «Кунаки» (кунак – это тот, кто связан с кем-либо обязательством дружбы, защиты, помощи, гостеприимства. – Б. М.). Эта публикация увидела свет в 1-м (7) номере «Невского наблюдателя» за 2002 год. Речь в ней шла об однокурсниках Александра Феодосеевича – его близких друзьях Михаиле Николаевиче Гуренкове, Анатолии Анатольевиче  Введенском, Сергее Ивановиче Игошине, Борисе Абрамовиче Фельде, Юрии Петровиче Воронове и Алексее Яковлевиче Гребенщикове. Эти три публикации – уникальный материал о времени и людях. Думаю, это хорошо, что Александр Феодосеевич получил возможность сказать о личном, о некоторых эпизодах своей жизни, своего детства и юности, что невозможно выразить в сугубо научном академическом труде. Сделать это позволил именно формат журнала.

         Научные труды Бережного воплотились более чем в 200 научных публикациях, среди которых приблизительно 50 книг и брошюр. Об одной из них хотелось бы сказать особо. Эта книга, по сути, итоговая.

         Наверное, далеко не все знают, что именно наш город является, по сути, колыбелью университетского журналистского образования, той формы подготовки профессиональных кадров для средств массовой информации, которая ныне считается наиболее эффективной. Это сейчас кажется аксиомой: журналистов готовят на факультетах журналистики. А еще не так давно мучительно решали проблему обучения тех, кому предстояло трудиться в редакциях газет и журналов. Именно об этом – интереснейшая, насыщенная уникальными сведениями книга Александра Феодосеевича «Отделение-факультет журналистики Ленинградского государственного университета в 1946 – 1985 гг.: История. События. Факты. Проблемы. Люди (в документах, публикациях и воспоминаниях)», которая была издана в 2003 году на факультете журналистики СПбГУ. Большая ценность этого издания заключается в объективном освещении событий, в деталях, о которых может рассказать только непосредственный участник того, что тогда происходило.

         Уже самой сутью профессии было обусловлено то, что готовить будущих специалистов стали именно на филологическом факультете. Ведь журналистика зиждется, прежде всего, на слове, это именно словесное творчество. Начало было положено в 1925 году с чтения лекций по наборному делу и с учреждения кабинета книговедения, в котором студенты знакомились с основами полиграфического производства, образцами типографской продукции разных времен, с техникой иллюстрирования. Профессор Леонид Константинович Ильинский читал лекции по теории и практике газетного дела и по истории русской критики и журналистики, вел редакционный практикум. Известностью пользовался лекционный курс профессора Владислава Евгеньевича Евгеньева-Максимова о Николае Алексеевиче Некрасове и его журналистской деятельности. Оказывается, уже тогда в Ленинградском университете была создана специальная кафедра газетного дела, студенты изучали основы редактирования и книговедение, проходили журналистскую и издательскую практику. Но отделение журналистики на филфаке появилось, как известно, только в 1946 году, именно эта дата и считается датой основания университетского подразделения, специально занимающегося подготовкой журналистов.

         Преподаватели отделения тех лет – поистине созвездие ярких имен. Студентам посчастливилось слушать лекции легендарных профессоров Николая Ивановича Мордовченко, Владимира Яковлевича Проппа, Виктора  Максимовича Жирмунского, Бориса Викторовича Томашевского, Павла Наумовича Беркова, Александра Александровича Смирнова, Бориса Григорьевича Реизова, Григория Абрамовича Бялого. Да всех и не назовешь. А теорию и практику печати стали преподавать специалисты, имена которых ныне также хорошо известны тем, кто занимается журналистикой. Так, основные организационные заботы об отделении, как пишет Бережной, легли на Петра Яковлевича Хавина. Это имя – еще одна легенда факультета журналистики. В книге ему посвящается немало страниц, порой удивительных свидетельств минувшего. Например, о том, как в 1919 году Хавина, тогда еще студента Ташкентского университета, вызвал «на ковер» сам ректор, а был им… другой студент, но, видимо, с особым классовым чутьем. Такое тогда наступило время! Суровому ректору не понравился студент Хавин своей «интеллигентностью»: был он в длинной холщовой рубахе, в холщовых штанах, босой, а вот штаны взял да и подпоясал веревочкой. Она-то и вызвала неодобрение. Небольшой штрих, но он передает атмосферу прошлого.

         Автор книги показывает тех людей, которые создавали факультет, стали наставниками многих журналистов. Кроме значительного фактического материала, который представлен на страницах книги и позволяет воссоздать историю факультета за первые 40 лет его существования, есть еще одна привлекательная особенность: все события проходят через сердце автора, перед нами предстает Александр Феодосеевич Бережной не только как строгий декан, но и как человек, искренне переживающий за порученное ему дело, подчас ранимый, претерпевший немало незаслуженных обид. Именно этот «человеческий фактор» делает книгу особенно убедительной, а ее чтение – захватывающим. Рассказ о жизни и делах факультета завершается событиями 1985 года, потому что дальше – уже другая история, может быть, не менее знаменательная. Но об этом когда-нибудь еще напишут.

         Я, наверное, не вспомню, когда в последний раз встречался с Александром Феодосеевичем. Может быть, именно в тот раз, когда нашу встречу запечатлел выдающийся петербургский фотомастер Павел Михайлович Маркин. Я эту фотографию случайно нашёл на сайте Союза журналистов Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Мне эта фотография очень дорога! Судя по интерьеру, это знаменитый Дом журналиста на Невском пр., 70. Александр Феодосеевич что-то мне, видимо, рассказывал. У него хорошее настроение, добрая улыбка, проницательный, всё понимающий и мудрый взгляд. Именно таким я его и запомнил.

Наша встреча в Доме журналиста. А. Ф. Бережной – справа. Фото Павла Маркина %d0%b1%d0%b0%d1%84

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

w

Connecting to %s