Сергей Корконосенко. Уникальное издание – альбом «Ботанический сад Санкт-Петербургского государственного университета»

         Серия «Коллекция знаний» Издательства Санкт-Петербургского государственного университета пополнилась альбомом, посвященным Ботаническому саду этого старейшего и прославленного вуза. Издание научно-популярного характера призвано познакомить читателей с историей и богатейшими коллекциями сада. Сегодня Ботанический сад СПбГУ приобретает новый облик, готовясь к своему 160-летию в 2024 году, которое совпадает с 300-летием самого университета. Красочный альбом о саде — это подарок не только для сотрудников и студентов вуза, но и для каждого, кто захочет прикоснуться к зеленому оазису, расположенному в самом сердце Петербурга.

         О том, как велась работа над альбомом и какие чудеса таит в себе сад вуза, рассказал Сергей Григорьевич Корконосенко — автор-составитель издания, почетный профессор СПбГУ, заведующий кафедрой теории журналистики и массовых коммуникаций.

***

— Сергей Григорьевич, прежде всего хочу сказать, что получила большое удовольствие от чтения альбома. И здесь наверняка сработала концепция, положенная в основу его составления: в аннотации сказано, что издание адресовано как профессионалам в области ботаники, так и широкому кругу читателей. Директор Ботанического сада СПбГУ А. В. Халлинг заявляет, что «сад должен быть открыт». Какими принципами вы руководствовались при составлении альбома, чтобы заинтересовать такой широкий круг читателей?

— Как вы, наверное, догадываетесь, создание альбома было не моей инициативой. Ректорат и издательство предложили мне участвовать в этой работе в качестве автора и составителя. Я знал настроение руководителей университета, в частности первого проректора Елены Григорьевны Черновой. Настроение было такое: во-первых, нам нужно возродить сад в его наилучшем состоянии (не секрет, что в течение долгого времени он не получал должного внимания); во-вторых, такое богатство не должно пропадать для города и для мира. Именно эти идеи я воспринял и постарался воплотить в работе над альбомом.

К тому же в СПбГУ уже многие годы реализуется концепция открытого университета. Он не должен оставаться монастырем, закрытым для мира. Ведь университет сказочно богат — одних только музеев в нем насчитываются десятки. СПбГУ производит и развивает идеи, теории, разработки в различных областях интеллектуальной и творческой деятельности. Было бы просто неразумно, бесхозяйственно замыкать все это достояние только в самом университете и академическом сообществе. И здесь как раз важную роль играет Ботанический сад.

— Альбом отличает смелый и современный дизайн. Каким, на ваш взгляд, получилось художественное оформление издания?

— Мы должны представлять себе, что это не уникальное явление для СПбГУ— альбом про сад. Университет издает целую коллекцию альбомов, коллекцию знаний. Они посвящены различным хранилищам научных и культурных ценностей. Есть, например, коллекции знаний музеев, книжного собрания, исторических зданий университета. С одной стороны, из общего стиля этой коллекции альбом выпадать не мог. А с другой, Мите Харшаку (арт-директор студии «Проектор», которая занималась разработкой дизайна альбома. — прим. ред.)хотелось передать дух, настроение, песню сада. Нельзя рассказывать о нем в категориях строго академических, рациональных. И художник увидел сад как цветущую радость. Отсюда такой необычный нежно зеленый базовый фон, общий орнамент, такие, может быть, неожиданные при первом взгляде композиционные решения. Я, конечно, не касался оформления — это абсолютно дело дизайнеров. Но, на мой взгляд, чем отчетливее слышится настроение, представление, вдохновение художника в работе, тем лучше издание. И в случае с альбомом это получилось.

— Случалось ли вам ранее выступать в роли составителя подобных изданий? Что именно включает в себя такая работа?

— Альбомы такого характера, музейно-иллюстративного содержания, мне делать не приходилось. В своей жизни я составил и написал немалое количество книг — работа у профессора такая. Но, как правило, это были научные авторские либо коллективные произведения: сборники материалов конференций, монографии, учебники. Эти издания не были рассчитаны на широкую публику, то есть на интерес со стороны людей, посторонних для университетского образования, науки. Поэтому работа с альбомом Ботанического сада была для меня в значительной степени новой. Я бы даже сказал, что рискованной: к профессиональной ботанике я не имею никакого отношения, тематики зеленых насаждений я касался только как человек, который любуется листвой на деревьях или созревшими ягодами в осеннем саду.

Составитель — это, прежде всего, человек, пишущий концепцию. Произведение всегда необычное, не повторяющее предыдущие опыты. Не только потому, что такого опыта не было, как в моем случае, но еще и потому, что у каждого, кто берется за такую работу, есть свой взгляд на предстоящий труд и результат труда. Составитель разрабатывает концепцию в виде рубрик, их содержательного наполнения, предложений по их текстовому и изобразительному насыщению. Нельзя просто собрать какие-то фрагменты, сложить вместе и создать нечто вроде картины из мозаики. Составитель продумывает и общий облик, и структурное решение, и стиль будущего издания. При этом он (сейчас я, в частности, имею в виду себя) не очень ясно представляет себе, что получится в итоге, как это будет выглядеть физически. Конечный облик альбома заметно отличается от того, что рисовалось в моей голове, когда я создавал концепцию.

— Несмотря на то, что раньше вы не касались вопросов ботаники, вы выступаете также автором альбома. С какими именно разделами вы работали? Как вам удалось погрузиться в незнакомую тему?

— Если посмотреть на тексты, которые вошли в альбом, — очерковые, зарисовочные, официальные, справочные, — то можно сказать, что почти все они написаны или подготовлены мной. Кроме подписей к снимкам, включая архивные. За информацией я, конечно, обращался к компетентным специалистам, которые могли рассказать о тех сторонах жизни сада, которые мне неизвестны, — например, об использовании сада в научной работе и образовательных практиках. В этом разделе мы сотрудничали с профессором А. А. Паутовым, заведующим кафедрой ботаники СПбГУ. Полученную информацию и исходные тексты в дальнейшем я приводил в состояние, которое соответствовало бы духу и стилю альбома. То же касается и других авторов, которые писали черновые заметки, а я потом придавал заметкам беллетризованную форму изложения. Например, так мы взаимодействовали с советником первого проректора, курирующим сад, Н. М. Дюппей. Это обычная литературно-редакторская работа. Также коллеги рекомендовали мне источники, различные материалы о саде, где можно было почерпнуть нужную информацию для написания текстов.

— С какими именно материалами о саде вам удалось познакомиться? Какие впечатления остались после такой глубокой работы?

— Про Ботанический сад СПбГУ написано немало: научные справочники, труды исследовательского характера, рассказы о развитии ботаники в Санкт-Петербурге и нашем университете и т. д. Там затрагиваются вопросы истории сада, его становления, изменения. Пожалуй, самые яркие и вдохновенные строки саду посвятил его многолетний директор Дмитрий Михайлович Залесский (был хранителем и директором сада с 1946 по 1981 гг. — прим. ред.). Он буквально своими руками восстанавливал сад в послевоенные годы, в условиях разрухи и недофинансирования. Дмитрий Михайлович опубликовал два больших очерка в журнале «Вестник СПбГУ». Там же были опубликованы воспоминания дочери Андрея Николаевича Бекетова (основатель и руководитель Ботанического сада, профессор, заведующий кафедрой ботаники, ректор СПбГУ в 1876­–1896 гг. — прим. ред.) Марии Андреевны, по поразительному стечению обстоятельств – родной тети поэта Александра Блока. Эти яркие исторические документы представлены в альбоме.

Также я работал с историографическими записками о Ботаническом саде СПбГУ и других университетов, с литературой, посвященной ботаническим садам как особой культуре и явлению петербургского, всероссийского, мирового масштаба. Мне стало понятно, что устройство и поддержание ботанических садов — это необычайно разнообразная, развитая и чтимая деятельность во всем мире. В ней зримо проявляются национальные особенности той или иной страны: ботанические сады — они в разных странах разные.

— Был ли Ботанический сад СПбГУ интересен вам в ваши студенческие годы?

— В мое студенческое время, а это конец 60-х – начало 70-х годов прошлого столетия, сад не переживал периода расцвета, скорее наоборот. Сад мы тогда наблюдали через забор, проходя мимо. Иногда я все же заглядывал туда, просто из любопытства. Видел, что есть такой не очень-то ухоженный участок живой, но окультуренной природы. Поэтому у меня не осталось сильных впечатлений о Ботаническом саде со времен студенчества. И если бы не работа над альбомом, может быть, я бы никогда так и не увлекся этим своеобычным университетским музеем, она подтолкнула меня к его внимательному изучению. Оказалось, что в общении с ним можно получать удовольствие, можно увлечься им.

— Появились ли у вас любимые места в саду или в оранжереях? Может быть, даже любимые растения?

— Насчет растений — меня тянет к старовозрастным деревьям, тем, которым сто лет и больше. Это гиганты сада, которые вызывают к себе почтительное отношение. Прикоснитесь к ним при случае открытой ладонью — вы услышите, как стекают века по древним стволам. А любимые места? Наш аптекарский огород (так со времен Петра I называли подобные территории) ведь не очень большой, а в сравнении с мировыми и российскими крупнейшими садами так и вовсе очень компактный. Мне нравится сердце сада, которым я считаю декоративный пруд, не в том смысле, что он расположен в территориальном центре, а в том, что там слышно дыхание сада. Еще старый-старый мостик и грот, который воссоздавался руками бывшего директора Д. М. Залесского: он носил на себе плиты и камни, чтобы возродить памятное сооружение. Это из старого. А есть и совершенно очаровательное новое место — Сад Белой горы у ручья. Он имитирует гору Хакусан, которая относится к числу главных святынь в Японии. Там большая святыня, а здесь у нас — маленькая. Это символ наших долгих и прочных отношений, сотрудничества с Японией в широком смысле слова: с Генеральным консульством Японии в Петербурге, экспертами, японским университетским сообществом. Необычная композиция, она заставляет остановиться и полюбоваться редкостным образцом ландшафтного искусства.

— Помимо того, что он служит превосходной образовательной и научной площадкой для студентов профильных направлений (биологов, «ландшафтников», дизайнеров среды), какие еще роли, на ваш взгляд, играет сад для обучающихся в СПбГУ?

— В стародавние времена сады для университетов придумывались не только с утилитарной целью, то есть не только для изучения коллекций растений и проведения зачетов и экзаменов. Сады придумали еще и как место для отдыха, праздных прогулок, раздумий, глубокомысленных бесед. Я думаю, что и сегодня сад для университетских людей может выступать в этом качестве. Сюда могут приходить студенты, доценты, профессора не только для того, чтобы выполнить какую-то служебную функцию, а для того, чтобы в свободную минуту посидеть на скамейке или встретиться с приятными людьми. Например, свидание назначить в саду — это так же красиво, как под часами.

И в то же время сад должен играть познавательную роль для непрофильных студентов. Университет — он ведь дает универсальные компетенции. В этом смысле сад дает возможность прикоснуться к другому профилю образования и научной деятельности, другой специальности. Особенно учитывая, что в нем собраны не дикорастущие клены, кипарисы и тому подобное, а тщательнейшим образом систематизированные коллекции. Посмотреть на них очень полезно и интересно для студента любого направления.

— Что такое, на ваш взгляд, Ботанический сад для СПбГУ и для Санкт-Петербурга сегодня?

Сад для университета — это любимая его часть, которую надо беречь, лелеять, охранять от неприятностей. Это и рабочая, и исследовательская площадка — лаборатория, музей, памятник. Это и просто место, которым можно любоваться и где можно отдыхать. Сад, в самых разных смыслах и качествах, — это радость для университета.

Но надо говорить о его значении не только для города, но и для страны и глобального сообщества. Для внешнего мира он в первую очередь памятник культуры. Культуры своеобразной — не художественной, а экологической, ботанической, исследовательской. Поэтому установка на то, что сад должен быть открыт, — это благо не только для университета, а также для всех, кто придет извне и увидит то, что всякому человеку было бы полезно наблюдать. И думаю, что в какой-то степени наш альбом помогает приоткрыть калитку в это уникальное пространство. Его можно считать приглашением: «Заходите». Сад ждет. И если повезет и вы откликнитесь на приглашение, то сад поделится с вами своими богатствами.

Беседу вела Ксения Карасева

На фото:

  1. С. Г. Корконосенко — автор-составитель альбома «Ботанический сад Санкт-Петербургского государственного университета», почетный профессор СПбГУ, заведующий кафедрой теории журналистики и массовых коммуникаций СПбГУ
  2. Старинная табличка из Ботанического сада СПбГУ

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s