После многих лет журналистских скитаний я наконец-то выбрался на малую, как мы говорим, родину. Небольшой посёлок в Оренбуржье с названием «Волжский» расположился вдоль древней пересохшей речушки и представлял собой полузабытое, полузаброшенное селение со всеми признаками вымирания. По заросшей дороге я пробрался к самому сердцу моего детства. К родительскому дому.
В середине пятидесятых годов прошлого века его строил отец и помогали ему мои старшие братья и сёстры. Стены – из самана. Крыша тесовая, кое-где подправленная рубероидом. С годами дом осиротел. Родителей, братьев и сестёр нет уже на этом свете. И вот я, последний оставшийся в живых, приплёлся к развалинам моей детской обители, присел на подвернувшийся чурбак и стал медленно оглядывать то, что от неё осталось.
А ничего не осталось… Хотя… что это заткнуто под стропилом крыши? Ах, ты, боже мой, это ведь ухват или рогач, как мы называли это немудрёное приспособление для вытягивания чугунков из печи. Моя мама, Ефросинья Тимофеевна, была большой искусницей в приготовлении старинных деревенских блюд – курников, лапшевников, мясных щей и прочей вкуснятины, о которой нынешнее поколение даже не догадывается. И вот рогач был у неё одним из главных кухонных инструментов.
Я вытащил ухват из-под стропила, и мне показалось, что я чувствую тепло материнских рук и материнское дыхание… У меня полились слезы, горло перехватили спазмы. Долго сидел у развалин дома, угадывая, где стоял шифоньер, который смастерил местный плотник, где висел радиорепродуктор, который в деревенских семьях заменял в советское время университет культуры.
После той поездки прошли годы. И я вспомнил о ней в мельчайших подробностях, когда прочитал подаренную мне Александром Палладиным его книгу «Мой взвод Бессмертного полка».
Подобных книг выпускается немало. Помню, пятьдесят лет назад собкор «Литературной газеты» на Среднем Урале Юрий Левин выпустил объёмное издание «Письма с фронта». Оно стало едва ли не первым таким изданием, где воспроизведено содержание солдатских фронтовых треугольников без правки и купюр.
Со временем негаснущая память о героях войны наиболее ярко отразилась в зарождении народного движения «Бессмертный полк». Сначала в Тюмени по инициативе председателя областного совета ветеранов Геннадия Иванова, а затем в Томске при поддержке местных журналистов прошли парады Победы с фотографиями фронтовиков. Уместно отметить, что наиболее живучие священные традиции рождаются не в кабинетах креативных чиновников, а в народном сознании. Движение «Бессмертный полк» стало общероссийским, и его подхватили даже за рубежом. И нет удивительного в том, что оно стало символом памяти не только о погибших воинах, но и о достойных людях мирного времени, о наших родителях и дедах, покинувших бренный мир.
Книга Александра Палладина представляет малую родословную энциклопедию, куда вписаны имена родных по крови и близких ему людей, ковавших Победу не только с оружием в руках, но и на заводах и фабриках, в научных лабораториях, через пропагандистские рупоры. Сам Александр Александрович хорошо знает цену правдивого зажигательного слова. Журналист-международник, в разгар холодной войны он долгое время работал в Канаде и США, отстаивал честь и достоинство нашей страны в острых телевизионных дискуссиях с участием крупных чиновников, видных государственных деятелей, асов западной журналистики.
Честно скажу, есть чему позавидовать, читая этот сборник рассказов о родственниках автора, защищавших Родину в разных войнах со времён нашествия Наполеона. В их числе — Герои Советского Союза и Социалистического Труда, знаменитый подводник, ставший смершевцем пограничник, создатель Службы горючего Советской армии, воины-интернационалисты, руководитель крупнейшего в СССР оружейного производства, начальник радиоузла в блокадном Ленинграде, выдающийся учёный, чья подпись стоит на Уставе ООН, ликвидатор Чернобыльской аварии, герои Русско-японской и Первой мировой войн. А то, что во время Великой Отечественной пришлось испытать двум протагонистам книги – красноармейцам, не может не вызвать ассоциации с главными героями кинокартин «Они сражались за Родину» и «Судьба человека».
Я всегда поражаюсь труду историков, которые извлекают из архивной пыли свидетельства былых времён, анализируют слова и поступки канувших в лету исторических деятелей, устанавливают причинно-следственные связи и тем самым помогают новым поколениям понять, как жили и какое наследство они оставили нам, ныне живущим. У Пушкина есть такие замечательные строки:
Два чувства дивно бли́зки нам.
В них обретает сердце пищу:
Любовь к родному пепелищу,
Любовь к отеческим гробам.
На них основано от века,
По воле Бога Самого́,
Самостоянье человека,
Залог величия его.
Животворящая святыня!
Без них душа была б пуста.
Без них наш тесный мир — пустыня,
Душа — алтарь без божества.
Документальная повесть Александра Палладина рождена этими двумя чувствами. И хотя она не представляет из себя строго научно-историческое исследование, у неё мощный эмоциональный и познавательный заряд. Прочитав эту книгу, спросил себя: а почему же я в своё время не удосужился изучить и понять жизнь своих предков? Ведь ничего же не мешало вести запись рассказов бабушки, матери, отца о годах их жизни, их радостях и несчастьях? Наверное, это от лености, недопонимания, недооценки минувших времён.
Конечно, у Александра Палладина высокая орбита жизни его кровных предшественников. Среди них академики, лауреаты Госпремий, крупные организаторы производства, литераторы, конструкторы, чьи имена можно найти в Большой советской энциклопедии. Но автора документальной повести прельщают не столько их почётные звания и всенародно признанные заслуги, сколько сам смысл их жизни, в которой были две главные линии – созидание и защита Отечества.
